Пик Ленина 7134. Гора.

Среда
22 августа 2012
Автор: Mountain News

Гора.

Итак, мы в ВС (base camp). Высота 3600 метров над уровнем моря. Воздух чист, жара спала, гора рядом. Для моих товарищей, Сакена и Николая, это первая экспедиция в большие горы, первая высота, поэтому мы выбрали постепенный, щадящий график акклиматизации. Торопиться нам некуда, времени у нас достаточно. Два дня мы проведём в базе, с утра совершая акклиматизационные выходы на пик Петровского и на перевал Путешественников, а время после обеда будем проводить в творческом безделье.

вид на ВС с гребня пика Петровского

Вид на ВС с гребня пика Петровского

Перевал Путешественников.

Вместе с нами под гору приехали три москвича. Но не те москвичи, с гонором и толстым кошельком, которым они размахивают при каждом удобном случае и от общения с которыми портится настроение, а москвичи старой закалки: всем им за 50, интеллигенция. Химик Сергей, много лет проработавший в Казахстане, хорошо знающий Алма-Ату, Геннадий, авиаконструктор, работавший на оборонку и космические программы, и Анатолий, редактор крупных изданий. Последний оказался совсем уникальной личностью. По долгу службы и просто из интереса он читает много исторической литературы и всю информацию запоминает: мозг такой. Для меня, до сих пор не знающего большинство улиц в родном городе, такое свойство ума как чудо. За обедом, чтобы не говорить о работе и о политике, я придумал такую забаву: я от фонаря говорил Анатолию какую-нибудь дату, а он, как ни в чем ни бывало, подумав пол минуты, рассказывал о событиях с этой датой связанных. На достоверность излагаемых событий я проверить его, конечно, не мог, но слушать было интересно, да и разказчик он превосходный.

В прогулках и беседах два дня прошли не заметно и мы, взвалив половину груза на ишаков и лошадей, выдвинулись в АВС (advanced base camp). Тропа, которая раньше проходила по леднику, сейчас идёт вдоль ледника по осыпным склонам, и местами она камнеопасна.

Ослик с грузом.

Лошади на перевале Путешественников.
Камнеопасный участок.
Вадиму Хаибулину на одном из переходов камень разбил очки, подбил глаз.

Не торопясь, с перекурами мы пришли в лагерь. Нас встретили компотом, улыбками, рукопожатиями. Лагерь стоит на морене, среди камней, льда и снега напротив огромного массива пика Ленина на высоте 4200 метров. И посреди этого лаконичного и порой враждебно настроенного ландшафта пришло неизменное чувство «Я дома».

Здесь, в АВС, мы решили провести ещё два дня. Первый день мы вышли пройтись по леднику, что бы Сакен с Николаем потренировались ходьбе в кошках, в связке, попрыгали через трещины, ну и что бы лёгкие прокачали. Если для меня и Сакена 4200 высота привычная, почти домашняя то для Николая, приехавшего из России, эта высота уже ощутима. И прогулка дала понять, ему и его организму, что бы не расслаблялись, дальше больше. На следующий день, ближе к вечеру распределили продукты и в пять утра выдвинулись на гору, в лагерь на 5300 в котором планировали провести две ночи с радиальным выходом на 6100.

В пять утра только, только начинает светать и в темноте из соседних лагерей люди выходят на гору с фонариками на головах, как светлячки, через некоторое время эти огоньки, выходя на тропу, выстраиваются в линию и красивой светящейся колонной двигаются по морене. Когда рассветёт, эту колонну будет видно на склоне, но похожа она уже будет на муравьёв, не понятно для чего и с какой целью ползущих из пункта «А» в пункт «Б» и обратно, но с таким упорством и самоотверженностью, что становиться ясно, что им это необходимо как воздух, что заложен в этом, кажущемся бесполезном движении, огромный смысл — смысл их существования.

Муравьиная тропа.

Потихоньку выходим на 5000 м, высота, наш главный соперник, даёт о себе знать — отдышка, жажда, мысли «зачем мне это нужно?». Тем не менее, к 12 часам мы в лагере на 5300. Лагерь — целый палаточный город, полсотни палаток, в каждой есть газ, свет, холодная вода. Ставим свою, готовим чай, много чая, отпиваемся. Теперь можно отдохнуть, Сакен с Николаем ложатся поспать, а я устраиваюсь возле палатки, варю кофе и покуривая наблюдаю за идущими в лагерь и из лагеря людьми. Город живет. Сверху, с Раздельной, на лыжах спускаются парни работающие гидами в Ak-Say Travel, многие из них состоят в Киргизкой Ассоциации Горных Гидов (KMGA), в которую, прошлой осенью, поступил и я. Беседуем. И они, с некоторой опаской, сообщают, что к ним заезжают несколько человек Иранцев. А у Иранцев своеобразный подход к альпинизму. Они подолгу сидят на высоте, гидов не нанимают, а если нанимают, то не слушают, на маршрут выходят, как выспятся и вообще за временем не следят. В силу этих обстоятельств каждый год кого-то из них приходиться спасать. В общем, складывается впечатление, что у них традиция такая или это почетно умирать на пике Ленина. С одним из них, на обратном пути, я летел в Бишкек. Он сломал ногу в АВС.

Скоротав день залазим в спальники и укладываемся спать.

Утром, проснувшись около семи и сварив кофе, я вылез из палатки и увидел одиноко идущего человека с огромным рюкзаком и лыжами, поднимающегося в лагерь. В ходе не хитрых, арифметических вычислений я с удивлением узнал, что поднялся он не многим больше двух с половиной часов. Ещё сильнее моё удивление было, когда он подошёл ближе, оказалось, что идет он в шортах и майке. Потом, внизу я спросил, кто этот человек мне ответили коротко «Ааа, Слава Тополь. Легенда».

На Николая, ночь проведенная на 5300 подействовала гнетуще. Он решил, что ему лучше спуститься в АВС. Чувствовал он себя хорошо, но в голосе во взгляде я почувствовал тоску. Тоску по дому, по семье. Не раз приходилось мне такое испытывать и видеть это в товарищах. И если поддаться этому чувству и принять решение уехать, то настроение улучшается, но по прошествии времени приходит осознание того, что это была просто слабость, что нужно было потерпеть и доделать начатое. Я попытался отговорить Николая, но тщетно он уже принял решение и мы втроём уходим вниз.

Два дня ушло на проводы. Спуск на зелёнку в ВС, потом назад уже вдвоём с Сакеном. И вот мы снова в АВС и готовы выйти на гору. Но погода, или скорее непогода, вносит коррективы в наши планы, и несколько дней мы сидим в лагере. В один из дней Сергей Селиверстов и Артур с клиентами взошли на гору, первые в этом сезоне. И к их спуску в лагерь, готовиться праздничный ужин и такой же праздничный пирог. По вечерам Олег Бонарь поет нам свои песни, и рассказывает, невероятную историю, как он ловил морских ежей в одном из северных морей, а небо подсыпает снега. Еще один из дней мы помогаем в благоустройстве лагеря. Делаем полки для кухни, столы для столовой, а Сергей парень из Каракола, не смотря на вздувшийся флюс, развлекает нас шутками-прибаутками и разными весёлыми байками про жителей города Каракол, в Серегиной интерпретации Каракос. И за наши труды небо сжалилось над нами и, засыпав лагерь снегом, ночью показало красоту млечного пути. И в пять утра мы выходим на гору.

На 5300 солнце печет беспощадно, не зря этому месту дано название «сковородка», лицо обгорает в момент, а от одежды запах как из-под горячего утюга при глажке. Ускоряюсь, что бы быстрее проскочить это место, но веревка постоянно натягивается, Сакен не успевает и вообще идет очень тяжело. А в лагере меня ждёт неприятная новость, Сакен чувствует себя заболевшим. И в очередной раз мы меняем свои планы. Он остаётся здесь и утром уходит вниз, а я иду на 6100 и на следующий день совершаю попытку восхождения на вершину.

Сомнения в том что мне удастся взойти все-таки были. Я давно не был на высоте и всего одна ночь на 5300. На 6100 вылез поздно, но поставить палатку и попить кофе с видом на закат успел. Будильник звонит в половину четвертого, выглядываю на улицу. Тишина, звездное небо — надо выходить, но вылезать из теплого спальника не охота, и ещё эта катастрофа маленьких палаток — конденсат, да и голова болит. Потихоньку начинаю двигаться, вот горелочку включил, аккуратно собрал со стенок конденсат — замерзшие хлопья своего дыханья, одел внутринники, собрал спальник. Вот и чай готов, перекусываю, грею внешний ботинок (всегда сомневался в целесообразности этого действия) набираю воды с собой. В общем, готов выходить. Ещё чаю с сигаретой и я пошёл. Двигаюсь потихоньку, впереди вижу несколько фонарей, это те, что вышли раньше меня, я похоже, вообще последний среди тех кто сегодня выдвинулся на гору. На крутяке перед 6400 обогнал троих восходителей, для них вершина сегодня не вариант, думаю, ещё метров 100 и они развернутся. Вылез на 6400 — ни ветерка, с погодой мне повезло. Организм пришёл в норму и я чувствую себя отлично. Абсолютная свобода, я один, Памир под ногами. Через несколько дней стюардесса, на рейсе Ош-Бишкек, объявит «Наш полёт будет проходить на высоте 6100 метров над уровнем моря, желаем приятного полёта». Спасибо ей я и на 6400 чувствую себя здорово. На «ноже» обгоняю ещё несколько человек, половина из них разворачивается. 6900 кто-то идет вниз я думаю что это очередной развернувшийся, но нет, это Семён Дворниченко и уже с вершины, 29 августа он выиграет забег на пик Ленина, обмениваемся поздравлениями и подбадриваниями и расходимся каждый в свою сторону. Плато парашютистов, сюда когда-то высадили десант, многие из тех ребят погибли. Пересекаю плато, мысленно говорю Семену, протоптавшему это поле, «спасибо». Отсюда до вершины совсем не много, но высота и не достаточная акклиматизация не дают разогнаться. Двигаюсь, как позволяет организм. И перед вершиной догоняю ещё двух человек, с ними и выхожу наверх. Второй раз стою на вершине пика Ленина, но в 2003 была плохая видимость, а сейчас погода звенит. Алайская долина и Алайский хребет, пики Комунизма и Корженевской где-то дальше на юг Конгур и Музтаг-Ата и бескрайние горы и облака. Облака красивы пока они далеко, но стоит им придти сюда, и проблем не оберешься. А они будут здесь уже скоро, поэтому я фотографируюсь, перекусываю и иду вниз. А вниз, как говорил Сергей Самойлов, и ишак — лошадь. Три часа и я у палатки, первые поздравления от тех, кто только собирается на гору. Времени достаточно и я решаю уйти сразу в АВС. Собираю вещи и начинаю спускаться, и вот, те облака, которые были так далеко, и радовали глаз своей красотой, накрыли гору и стали засыпать меня снегом, но что снег и туман когда идешь вниз, когда внизу ждет вкусный ужин и друзья, а под ногами набитая тропа и заблудиться не представляется возможным. Я устал за день и решил перекурит это дело. Сбросил рюкзак и уселся посреди этой белизны. Дым смешивался с туманом, было слышно как снежинки падая, задевают друг друга и я подумал, что и Лондон и Высоцкий знали, о чём писали, когда писали про Белое безмолвие. Но мало знать что это такое, нужно быть по-настоящему талантом, что бы словами показать красоту и мощь тишины, снега и неба и затаившуюся в них смерть, одиночество и свободу. Мне кажется, им это удалось.

Ниже «сковороды» разъяснилось, снова отдыхаю. Не работающая два дня рация вдруг заработала. Я связался с лагерем. Меня ждут.

Ну, а дальше «В суету городов, и в потоки машин…»

© Сергей Бродский

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Google Plus

4 комментария

4 комментария

4cus

августа 23, 2012 at 00:45    


Сергей, с горой!
Отличный очерк :)

Виолетта

августа 24, 2012 at 16:41    


Серёга, с горой! Сразу вспомнила 2003 :)

Иван

августа 24, 2012 at 18:39    


Красивая природа, хороший отчет!)

(подписан на комментарии)

Алексей

августа 26, 2012 at 00:35    


Отчет супер! Я один из тех клиентов, кто с Селиверстовым и Артуром первые в сезоне сходили))). И у нас Бонарь жег))).

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы для того, чтобы оставить комментарий

 

You need to log in to vote

The blog owner requires users to be logged in to be able to vote for this post.

Alternatively, if you do not have an account yet you can create one here.